loneliness-3403142_960_720

И можно дать отпор и сдачи так, что не обрадуются! Перед близкими мы беззащитны и уязвимы, вот в чем дело. Вот боксёр на ринге получает удары и в голову, и в живот — но не плачет, а ловко защищается и нападает. Даже если сильно побили, даже если проиграл — он ещё и руку пожмёт противнику. Так положено! А если кто-то любимый и близкий даст боксеру пощечину или ударит в живот — это совсем другое. И не хочется пожимать потом руку, которая нас ударила. И тяжело на душе… Так устроен человек — он готов к борьбе с чужими. И абсолютно беззащитен перед своими, от которых не ждёт удара. И потому тот, кто ударил, становится чужим. Сразу, моментально. Тот, кто умышленно причинил боль, напал, унизил, оскорбил — теперь он должен стать чужим. Иначе боль повторится. Так возникает отчуждение с теми, кто был любимым и близким. Так работает самосохранение; это всего лишь способ избежать болевого шока. И теперь мы готовы к удару. Подсознательно мы воспринимаем человека как чужого. Ведь если чужой — то уже и не так больно…