pexels-photo-694629

Не о том, что мало уделяли внимания своему духовному развитию. И не о том, что плохо воспитывали своих детей. И не о том, что не посвятили себя искусству. Хотя, может, об этом и пожалеем, конечно — так вот пишут некоторые психологи. Которым еще далеко до старости. Я со многими очень пожилыми людьми общалась, которые были вполне в своем уме. Больше всего они сожалели о том, что позволяли себя нагло использовать. И терпели обиды, незаслуженные и подлые. «Почему я не могла ответить, когда меня начальник принуждал за троих работать?», — говорила одна дама. А другая вспоминала родственников, которые приезжали в гости в комнату, где она ютилась с двумя детьми и мужем. И жили в гостях неделями. А она все убирала, стирала, готовила и угощала, как положено — хотя кем такое положено? Кто-то терпел жестокость пьяницы-мужа. Кто-то — нахальные требования совершенно посторонних людей. Не из малодушия или трусости — а просто, чтобы никого не обидеть, не задеть. Остаться в глазах потребителей добрым человеком. Вот об этом поголовно все жалели. И вслух размышляли, как бы сейчас, с высоты прожитых лет, они просто и спокойно отказали. Горячую воду давали раз в неделю. И к женщине с тремя детьми в этот день съезжалась со стиркой вся родня. Ну, и купались все, конечно. И у нее не оставалось времени постирать и искупать детей. И в девяносто лет она с горечью и недоумением об этом вспоминала — не о том, почему так поступали родственники. А о том, почему она не нашла слов для отказа… Ей было обидно очень! Вот о чем мы точно будем жалеть — о бесцельно и бездарно потраченном времени, об усилиях и жертвах, о добровольном рабстве. О ненужном терпении — которое никто не ценил. Так что терпеть лишнее не надо. Тогда останутся силы и время и для путешествий, и для детей, и для внуков, и для искусства. И здоровье останется. А горечи в душе не будет — надо просто учиться говорить «нет». И все. Или просто игнорировать нахальные просьбы, посвятив себя искусству, путешествиям или отдыху. Или — воспитанию детей…