Мы — поколение девяностых и нулёвых — не умеем себя развлекать иначе, чем сексом. И даже не сексом. Секс — это так: титры после фильма. Кому нужны титры? Мы хотим смотреть кино. Кино соблазнения. Трусы можно и не снимать.


Фото: Getty Images

Мы соблазняем. Нас соблазняют. Вот всё, что мы делаем в этой жизни с сильнейшим и неподдельным интересом. Остальное нам — тухло.

Однако признаваться в этом мы не желаем. Ни себе. Ни другим. Мы ссым.

Ссым, что, если признаемся, наш карточный добропорядочный мирок рухнет. Другого мирка у нас нет, а моральная пустота — ещё более невыносима, чем моральное лицемерие.

Мы переженились, настрогали детей, влезли в ипотеки, и теперь натужно изображаем домашнее счастье. Завалили собственными киндерами Инстаграм. Делаем вид, что обожаем отдых с семьёй и живём её интересами.

На самом деле, интересами семьи мы, может, и живём, но нам оно, если отбросить фальш, неинтересно.

Мы рассказываем друг другу, как это здорово — семейная жизнь, отчаянно пытаясь убедить себя и окружающих в этом и в том, что у нас, помимо семьи, — куча интересов: путешествия, сноуборд, фильмы. Смотрите, какие мы, сука, разноплановые!

На самом деле, мы отчаянно одноплановы, и план этот — не семья.

Мы отчаянно цепляемся за семью, как за спасательный круг жизненной цели: семья есть. Значит, жизнь не спускается в унитаз. Мы в это верим. Хотим верить.

Но что-то давит на душу, на мозг. Нет ощущения счастья, полёта. Нет вдохновения. Так всегда бывает, когда цель не вызывает восторга.

Мы говорим, что мечтаем показать детям мир, но в глубине души хотим другого: испытать сильные эмоции. Не родительские. Не супружеские. Не связанные с карьерой.

Мы задаёмся вопросом: что с нами не так, а? Ведь надо же ценить, что имеешь. И мы ценим. Но ощущение того, что жизнь идёт «как-то не так», что чего-то в ней не хватает, не проходит.

И не пройдёт, потому что мы — поколение, перед неокрепшими, полудетскими умами которого в 90-ые рухнул железный занавес — увидели, что трахаться — можно. Можно, нужно, и это — не стыдно. И тогда мы, рождённые в асексуальном «совке», сошли с ума и стали воспринимать секс, как самоцель.

Соблазнить. Поддаться соблазнению. Не поддаться. Снова поддаться. Взять на себя активную роль в соблазнении. Выплюнуть объект. Найти другой. Разочароваться.

Мечтать встретить того или ту, с кем красивая песнь взаимного соблазнения не обрывается годами. Верить, что так бывает. Терять веру и пытаться спрятаться от разочарования в убежище семейных ценностей.

Мы — поколение девяностых и нулёвых — такие. Добро пожаловать в ад! Сладкий ад соблазнов, из которого нам — не вырваться.

А вы готовы признать, кем являетесь на самом деле? Умеете вскрывать нарывы собственного лицемерия и идти дальше? Бывали такие случаи в вашей жизни? Расскажите о них.