depression-2963446_960_720

Это немножко сложно осознавать, когда ты точно знаешь, что есть Бог и, вдруг, вот это вот с тобой.

***

Как-то давно, в деревне, где мы с мамой проводили лето, у местного магазинчика, среди восхищающихся мною соседских старушек возникла одна незнакомая и прошамкала: А деучонка проклитыя!

Мне бы задуматься, но я нет, конечно. В три года проклятие, это когда оставили без сладостей к ужину.

— Архиповна, ты чего девок-то пугаешь! — набросились на нее старушки.

Мама моя во всякое это не верила, но слушать такое про белокурую дочку-первенца, как ни крути — неприятно, поэтому она с дерзкой такой улыбкой поинтересовалась: А в чем проклятье-то?

— Любить ее все будут — пояснила Архиповна

— Ахаха, ну не очень страшное проклятие — расхохоталась в ответ мама.

-..а ей все мало будет. Да и пришла она не за тем! — подытожила деревенская ведунья.

Здесь бы рассказать, как я выросла и стала роковой красавицей с холодным сердцем и безграничной властью над мужчинами.

Только это было бы слишком простое проклятие.

Да и пришла я не за тем..©

***

Если вспомнить всякое юное — было как обычно. Как обычно для меня. Были друзья и недруги, несчастные любови и детские взаимные расстрадашки.

Не менялось одно — я всегда была немножко не отсюда. И все это ощущали. Выражалось это не в странностях поведения, не во внешнем виде — вообще не в чем-то таком.

За мной всегда, с самого детства, с самых первых попыток общаться — была правда. Истина. Настоящесть. Неоспоримая, объективная и веская. Она была — как ветер, смех, снег. То, с чем нельзя не согласиться, потому что это просто есть, вне зависимости от твоей в это веры, наличия зрения или убеждений.

Нет, я не была борцом за правду, я не «всегда говорила только правду» и не доказывала ее.

Я просто жила законами истины в последней инстанции ©

Я и была истиной. Истинной. Очень настоящей, взаправду.

Это не просто описать — это что-то вроде фильма, где в кадре события и роли, диалоги, но все знают, что второй режиссер — ты.

Не первый, нет — ты не главный, ты не командуешь. Но только ты знаешь как оно всё есть и работает на самом деле. Знаешь давно — ещё до того, как они все тут оказались.

И с этим просто невозможно спорить, по абсолютно объективным причинам.

***

«Нет, ну.. окееей. Она, та, которая всегда права. Зазнайка и эгоистка. Только при чем тут проклятия и «любовь всех»?» —

Я вот тоже так думала достаточно долго. Я неплохо помнила Архиповну и ее предсказание, несмотря на то, что в моменте была крохой. Это было частью моих истин и законов. Я помнила, но не боялась.

Не боялась потому, что долго не понимала. Ну вот, например, что вообще значит «все любят»?

Это ж наверно бесконечные свидания, серенады, дуэли. Как-то так, только в современных формах.

Или «не за тем пришла». Да откуда той бабке знать зачем я здесь.

Ну или вот: «а ей все мало будет» — что это вообще. Мне-то мало? Да я вовсе не тяну на фам-фаталь. Был бы милый рядом — и все вот это, а не какие-то подсчёты много мне или мало.

А потом я выросла.

Я проснулась, открыла глаза. Мне было почти тридцать лет.

Я с восемнадцати лет не была одна. Я никогда не испытывала недостатка мужчин в жизни. Некоторых из них можно назвать неплохими, большинство — однозначно хорошими, настоящими уж точно.

Те, кого я могла назвать «своими мужчинами» — не обязательно были со мной в каких-то отношениях. Они просто у меня были — присутствовали, помогали, решали, понимали, находились. Были.

Я совершенно искренне и добро всегда любила их всех. Как, например, и свою семью, своих друзей.

С ними достаточно весело и интересно было проводить время. Не очень долгое. Потом я от них уставала.

Они все были герои и рыцари.

Мне было с ними невероятно скучно.

Я снова была вторым режиссёром, с которым заговорил герой в латах или эполетах. Заговорил так, будто я героиня и сейчас будет турнир в мою честь.

А я второй режиссер — я знаю откуда у него эти латы и эполеты. И конь. И то что на турнире он будет молодец, но платочек героиня кинет другому рыцарю. И кто героиня я тоже знаю и мне очень странно, что ты вот так всерьёз говоришь со мной о турнире. Странный ты. И становится скучно.

В почтитридцать очень странно осознать, что ты любишь всех в ответ на их любовь, но никого в частности. Кругом столько достойных, но тебе «все мало».

Они думают героиня, а ты здесь совсем не за этим.

Они говорят о любви, а ты думаешь: ну давай порепетирую с тобой, пока идут пробы на главную женскую роль в твоей жизни, только это, того, веди себя прилично.

***

«Просто пока не встретила Его — Того Самого!» —

Это было моим последним оплотом, не позволяющим принять проклятье.

А потом я выросла ещё немного и уточнила у себя — Ну, а тогда на кого, собственно, равняемся? Где Тот Самый светлый образ, который я ищу в мужчинах? Тот кого я себе назначила — я хоть раз встречала его не в книжках и фильмах, а в реальной жизни — среди мужчин своих подружек, среди бывших или хотя бы несложившихся?

Все мои мужчины были достаточно хороши чтобы остаться с ними навсегда.

Никто из них не был для меня лучшим.

Мой идеал не был безупречным, он просто был мужчиной, которого я не встречала ни разу. Я ни в коем случае не искала по критериям, по таким классическим, распространенным наборам качеств: красоты, ума, богатства или чего-то вроде.

Я вообще не искала. Я предполагала только, что один из мужчин однажды станет мне важнее прочих. Их было много вокруг, иногда появлялись новые — мне все было мало.

Они все оказывались одинаковыми.

Это и было моим проклятьем.

***

Я — про́клятая.

Со временем признавать это становится как-то проще. Или нет — спокойнее. Ты просто принимаешь, что твоя жизнь состоит из семьи, друзей, любимых дел, будней и праздников, кошки, метро и трамваев, всякой ерунды вроде чистки зубов или покупки пылесоса. И вот ещё есть такое проклятие — ты никого не можешь полюбить больше остальных, так бывает.  А ты тем временем — все равно живёшь и делаешь это весьма успешно. Ты находишь множество таких дел, которыми можно помогать и вдруг оказывается, что быть всемогущим добрым волшебником — очень несложно и очень захватывающе.

И вот в какой-то момент — ты все понимаешь. Понимаешь как это работает.

И тогда ты становишься освобожденным.

Про тебя могут говорить, что ты про́клят (или просто дура и не хочешь стараться :) И в этом самом  мире чужих парадигм — ты можешь даже считаться про́клятым — в окружении любой черной недомагии и всяких предрассудочных бесов.

Но если ты сам понимаешь как это работает, если ты точно знаешь, что поступаешь верно, если с тобой рядом — твой Бог, — то ты всегда можешь сам выбирать, с кем ты в итоге.

Ты всегда можешь стать одним из Его ангелов.