hopelessness-1848970_960_720

И даже расспрашивать будет о подробностях — о том, как плохо с вами обращались родители. Девушка Ширли Мейсон нашла отличного психолога. Эта психолог ее поняла и побудила побольше на маму жаловаться — это монстр какой-то! И Ширли охотно делилась воспоминаниями: сначала о том, как мама ее ругала, не понимала, била, клизмы ставила. А потом вообще ужасы стала рассказывать. Психолог писала книгу об этой Ширли и ее маме. И гипнотизировала девушку, а потом вообще стала колоть ей «сыворотку правды», чтобы помочь побольше вспомнить. В голове у Ширли поселились другие личности — около 24. И все про маму вспоминали. А психолог энергично писала книгу, которая принесла ей всемирную славу. А Ширли немного с ума сошла, конечно, хотя только про маму и говорила. Потом оказалось, что гипноз и препарат вызывали ложные воспоминания. И бедная Ширли говорила то, что нравилось психологу, пока не помешалась… Потом она выздоровела, к счастью; и сказала, что мама была как мама: проблемная, авторитарная. Непростая. Но никаких ужасов не было. Были бытовые конфликты — и все. И с мамой помирилась; потому что ничего ужасного на самом деле не было. А вот такая история вышла дикая. И психолог или другой специалист должен не к жалобам побуждать, используя гипноз и препараты. А помочь хорошее тоже вспомнить. Если оно было, конечно. Что-то светлое, доброе, милое, хоть один солнечный совместный день, хоть один поцелуй, подарок, совместную прогулку… Не для того, чтобы с мамой помириться. Иногда это невозможно. А чтобы своё детство не обесценить, не растоптать, свою личность сохранить — чтобы не рассыпаться на 24 кусочка и не закончить свою жизнь в психиатрической больнице. Было много плохого. Но было и хорошее. И вот на этом хорошем держится наша личность, наше «Я», а вовсе не на обидах, боли и страдании. Если были светлые моменты — их надо честно вспомнить. Это и есть — жизнь. Фундамент, на котором мы стоим. А все остальное — с этим можно жить и бороться, если есть фундамент. С Ширли все хорошо закончилось. Но психолог такой ещё хуже, чем плохой родитель, который все же не колол ребёнку сыворотку правды, не гипнотизировал и не сводил специально с ума, чтобы написать интересную книгу.